12+

Олег Рой: «Одна из самых больших ошибок начинающего писателя – согласие на любые условия». Как Олег Рой научился зарабатывать на своих книгах. Интервью для Republic

В 1990-е выпускник Магнитогорского пединститута стал металлотрейдером в Швейцарии, а в 2000-е – популярным писателем в России. Почему это оказалось так выгодно?

В начале 2000-х вице-президент компании SYTCO Олег Резепкин вернулся в Москву из Швейцарии, где занимался металлургическим оборудованием, и заключил договор с издательством «Эксмо» на четыре романа в год под псевдонимом Олег Рой. Только в прошлом году в «Эксмо» вышло 11 млн экземпляров его книг. Будучи опытным бизнесменом, писатель вёл параллельно с издательством собственную рекламную кампанию своего бренда и быстро стал по-настоящему знаменитым. Но настоящий коммерческий успех пришел тогда, когда к сентиментальной и мистической прозе Рой добавил анимационные проекты для детей и подростков: сериалы «Джинглики» и «Дракоша Тоша» купили канал Disney и платформы Amazon Prime Video и Netflix. Каких усилий и инвестиций от него это потребовало – и как в итоге окупилось?

Олег Рой рассказал Republic о мультипликационном бизнесе, который может принести десятки, если не сотни миллионов долларов, о своих книжно-анимационных проектах «Супер МЯУ» и «Волшебная лавка Есении», о VR-игре по книге «Сердце взаймы» и о новых долгожданных романах, которые скоро выйдут в свет, а также поделился лайфхаками для начинающих авторов.

Эксклюзивно публикуем полный текст интервью.

В какой момент появился известный писатель Олег Рой?

Как просто писатель я родился ещё в девяностые. Начинал с детских историй — со сказок, которые придумывал для своих сыновей и дочки, а потом превратил в красочно иллюстрированные книжки. Следом пришла очередь и психологических романов для более старшей аудитории. Это был весьма специфичный период. В девяностые художественная литература попадала на рынок так: на автора выходил некий кооператив, который выпускал книги, чтобы продавать их в электричках и поездах, и предлагал свою цену за рукопись. Как они выпускали книги, какие делали обложки, где распространяли, — всё это проходило мимо меня. Но тиражи были по 30 тысяч, большие даже по нынешним временам. Да и платили хорошо. У меня были десятки мелких контрактов с этими непонятными конторами.

В начале двухтысячных ситуация в России изменилась. Я вернулся из Швейцарии и понял, что к литературе начали относиться по-другому. Книги стали продавать в магазинах, а не с лотков в переходах, возник нормальный издательский бизнес, между писателем и издателем установились цивилизованные отношения. Лет пятнадцать назад я заключил первый крупный контракт на четыре романа в год с «Эксмо». Там всё было прозрачно и понятно, и с рекламной составляющей, и с каталогами, и с промо. Тогда, наверное, Олег Рой и вышел на рынок как известный писатель.

 А что вы делали в Швейцарии в 90-е годы?

Работал в компании SYTCO, занимался реструктуризацией Магнитогорского металлургического комбината (ММК). Начал карьеру у главы компании Сильвано Тодаро простым специалистом по России, и к моменту своего увольнения дошел до позиции вице-президента компании. Все контракты по России по закупке металлургического оборудования из Италии и других европейских стран шли через меня. С развалом Союза рухнули все горизонтальные экономические связи между экс-советскими предприятиями тяжелой промышленности, и российские металлургические заводы, чтобы не закрыться, торопились закупать оборудование за границей. В этот период создавались такие гиганты как «Северсталь», НЛМК, в Россию хлынули западные инвестиции.

Как попали в SYTCO? Вы же окончили в Магнитогорске психологический факультет пединститута?

Через знакомых. У меня всё в жизни происходит через второе-третье рукопожатие. Тогда вся Швейцария была переполнена российскими компаниями, их было много особенно в Цуге и Лугано.

Правда ли, что в 90-е вы подрабатывали «литературным рабом», писали за богатых женщин книги и неплохо на этом зарабатывали?

Писал, да. Это были нереальные деньги, примерно миллион долларов за серию романов. Платили два мужа одной и той же дамы. С первым я договаривался, а второй уже сам пришел ко мне со словами: «Я знаю, сколько ты стоишь».

Не то чтобы я горжусь этим фактом своей биографии, но я его и не стыжусь. Более того, этот опыт оказался мне весьма полезен — я понял, что созрел для того, чтобы стать самостоятельным автором и зарабатывать не меньшие суммы на книгах, где на обложках будет уже моё собственное имя, точнее мой псевдоним. Фамилия у меня нечитабельная и плохо запоминается.  «Олег Рой» (это аббревиатура из моих инициалов) для рынка гораздо лучше.

И вы решили сменить поле деятельности.

Это оказалось непростое решение. В Швейцарии, где я провёл почти одиннадцать лет, была не только приличная зарплата, но и процент с каждой сделки, огромные деньги. Однако торговать гальваническими линиями или цельнотянутыми трубами не было моим призванием. За время жизни в Лугано я уже окончательно понял, что хочу быть писателем, что именно это — моё. Прекрасно понимая, что достойно зарабатывать авторским трудом крайне трудно, на грани невозможного, я всё-таки сделал выбор в пользу литературы. Не скрою, первое время было тяжеловато и психологически, и финансово: с позиции вице-президента солидной европейской компании, которого хорошо знают и уважают в деловом мире, вдруг перейти на роль обыкновенного писателя в Москве, начинающего и никому неизвестного. Я дал себе слово, что за пять лет стану не просто одним из легиона незаметных авторов, чьи книги теряются в наводнившем рынок потоке, а мегапопулярным писателем, успешным по всем статьям. И, как видите, я этого добился.

Каким был ваш первый контракт с «Эксмо»?

Довольно выгодным. Мне предложили 300 тысяч рублей за роман (доллар тогда стоил около 25 рублей) и 12% роялти. Вначале были плавающие роялти: на одну книгу — с проданных экземпляров, а на другую — с вышедшего тиража. В год у меня выходило четыре романа, рекламу и промо брало на себя издательство.

 А что выгоднее, получать отчисления с проданных экземпляров, так как цена книги в магазине выше, или с произведенных, стоимость которых может быть в 3-5 раз ниже?

При небольшом числе книг выгоднее с произведенных, так как неизвестно, когда распродастся весь тираж. Его могут раскупать и пять лет, и дольше. Но когда книг много, то через те же пять лет выгоднее становится получать процент с продаж. На сегодняшний день у меня выпущено 57 романов, и я получаю с проданных книг уже не 12%, а 22%.

 57 романов — число немалое. Есть ли у вас среди них особенно любимые книги? Какие из своих романов вы считаете лучшими?

Несмотря на то, что самой большой популярностью у читателей пользуется моя сентиментальная проза, — хотя сам я этот термин не жалую, предпочитаю слово «лирическая», — мне, как автору, гораздо ближе мистические произведения. Например, роман «Старьёвщица» о таинственной женщине, которая за большие деньги покупает у людей их самые лучшие, самые дорогие сердцу воспоминания. Или «Фантомная боль» — триллер со сложным сюжетом, который, я уверен, мог бы лечь в основу сценария отличного голливудского фильма. Его герой попадает на тот свет, полностью потеряв память, и узнаёт, что стал участником трагического происшествия, во время которого погибло несколько человек. И теперь герою предстоит прожить по несколько дней в теле каждого из этих людей, чтобы вспомнить, кем же из них он был, и разобраться, что же всё-таки с ними со всеми произошло.

Читатели же, согласно всем откликам и опросам, считают лучшим моим мистическим романом «Сценарий собственных ошибок». Сюжет этой истории вертится вокруг загадочной фигуры «Сценариста», то ли существующей в реальности, то ли являющейся плодом воображения героев романа. Сценарист делает для каждого из них фильм о нём самом, где показывается не только реальное прошлое и настоящее, — причём с такими подробностями и тайнами, о которых никто, кроме самого человека, не может знать, — но и его будущее.

Что касается самых любимых книг, то у меня, как, наверное, у всякого творческого человека, любима всегда вещь, над которой работаешь в данный момент. Скоро в «Эксмо» выйдет лирический роман «Зелёная тетрадь», которого уже так давно ждут мои читатели — семь историй абсолютно разных, не знакомых между собой людей, чьи судьбы неожиданно оказались связаны таинственной зелёной тетрадью.

В данный момент я заканчиваю работу над мистическим триллером под названием «Сюжет». Это история о начинающей писательнице, которая сочинила роман о самой себе и вдруг стала замечать, что всё написанное ею, понемногу сбывается, вплоть до мелочей. Постепенно реальная жизнь автора начинает повторять её же вымысел. Страница за страницей, глава за главой всё движется к драматичному финалу, в котором главная героиня трагически погибает… Я пока не знаю, где именно выйдет роман «Сюжет», так как уже получил предложения о его выпуске от нескольких издательств.

Кому и как принадлежат права на все ваши литературные произведения, образы, экранизацию и прочее?

Мне. По договору с «Эксмо» я передаю им права на книгу на пять лет и только на бумажное издание на русском языке. Все остальные права остаются у меня, включая права на электронные книги, на экранизацию, а также на издание за границей — этим занимается мой агент-юрист, отличный профессионал в своём деле.

Вы участвуете в принципиально новом для России проекте «Сердце взаймы», включающем вашу одноимённую книгу и VR-игру «Fatal Flurry» — игру для очков виртуальной реальности. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

Да, есть такой проект, совместный с компанией «Great Frame», он необычайно интересен и, я уверен, столь же необычайно перспективен. Это действительно принципиально новый опыт, в России пока даже нет собственных площадок, на которых продают VR-игры, как правило, это американские типа Oculus и Steam.

Книга «Сердце взаймы» уже готова, это Young Adult роман в жанре фэнтези. История является своеобразным продолжением известного сюжета о Снежной королеве. Наши Кай и Герда уже выросли, они собираются пожениться, но прошлое не оставляет их в покое. Чтобы покончить с ним, героям нужно победить зло, сразившись с целой армией слуг Холода — снежных и ледяных монстров в разных обличьях.

Сейчас идёт активная работа над VR-игрой по сюжету моей книги, уже есть первые результаты. Игра получается классной, очень крутой, зрелищной, динамичной и фантастически захватывающей. Погрузившись в неё, увлекаешься так, что забываешь обо всём на свете.

 Сколько стоит в рознице книга и столько VR-игра?

«Сердце взаймы» порядка 360 рублей, а базовая игра «Fatal Flurry» — $18. Но игра постоянно расширяется и обновляется, в ней появляются и будут появляться новые локации и аддоны, конечно, за дополнительную плату. Линейка проекта разнообразна, и книга в нём — не главное. Основную ставку мы делаем именно на VR-игру. Большинство тех, кто играет в игры, не читают книги.

 Почему популярный автор психологических романов десять лет назад взялся за детскую литературу и мультики? Это часть бизнес-плана?

Это одновременно и бизнес-план, и порыв души. Мне всегда нравилось сочинять для детей, я уже говорил, что начинал свой писательский путь именно со сказок. Я обожаю создавать и продумывать многогранные миры, линейки героев, вселенные, которые нереально, да и не нужно уместить в одной-единственной книге.  Я люблю серийность,  всевозможные сиквелы, триквелы, приквелы, интерквелы и спин-оффы. К тому же, я хотел выйти на рынок анимации, понимая его коммерческий потенциал, но для этого был нужен уверенный детский бренд.

Именно тогда я придумал и создал проект «Джинглики» и вложил в него миллионы рублей. Детская литература — капиталоемкий бизнес, иллюстраций нужно много, а это дорого. Поэтому все затраты на издание книг я взял на себя, оплачивал не только визуализацию моих героев и мира, но и редактуру, вёрстку, иллюстрации, обложку, дизайн книги, проморолики, афиши.

 Кому принадлежат авторские права на ваши самые популярные мульсериалы «Дракоша Тоша» и «Джинглики»?

Когда пять лет назад я придумал «Дракошу», то действовал как ИП, автор, отдающий лицензионные права, но организовал компанию «ToyRoy Media», которой передал права на экранизацию. Я всегда оставляю себе права на книги, а остальные права чаще всего отдаю компаниями или инвесторам, тем, кто вкладывается в развитие брендов, делают анимацию. На «Джингликов» я сначала отдал права на пятнадцать лет, но недавно у меня выкупили бренд целиком, теперь я просто автор идеи.

 А как же ваши принципы?

Мне предложили такую сумму, что я не смог отказаться. Понял, что этих денег мне хватит на реинвестиции нескольких детских вселенных.

Компании, которые возникают вокруг каждого из ваших проектов (а их больше десятка), создаются под конкретных инвесторов?

Каждую компанию делаю под конкретного инвестора. Один раз попытался объединить двух инвесторов, но не получилось. Каждый любит свои деньги по отдельности.

Но какую бы сумму ни вкладывал инвестор, я всегда себе оставляю 30% акций компании и те права, которые позволяют мне отвечать за творческую часть — общий стиль, литературную и визуальную составляющую. В свою творческую кухню я инвестора не допускаю, это обязательное условие.

Например, компания ООО «Рой интертейнмент», где мне принадлежит 30%, создана вместе с инвестором, девелоперской компанией «Ориентир». С ними мы делаем два мультсериала в 3D «Спейсики» и «Супер МЯУ» — сногсшибательные, очень весёлые и клёвые истории о школе котят-супергероев. Думаю, конечные инвестиции в продукт составят порядка миллиарда рублей.

А с компанией «Great Frame», о которой я уже упоминал (они собираются инвестировать 2,4 млрд. руб.), мы планируем пятнадцать проектов. Помимо VR-игры «Fatal Flurry», в производстве уже находятся анимационные сериалы «Волшебная лавка Есении» и «Мульти-Сити».

«Есения» — это особенный проект, как для меня, так и для коллег из «Great Frame». Персонаж сериала, плюшевый мишка Шмяк — аутист, он олицетворяет собой «особых» детей. Это абсолютно коммерческий проект, но мы, как компания, которая владеет всеми инструментами, помогающими быстро донести информацию до общества, чувствуем свою социальную ответственность. Мы хотим познакомить детей с тем фактом, что все мы разные, у всех свои особенности, и нужно стараться их уважать, научиться толерантности. Нам важно, чтобы «особый» ребенок не отгораживался от мира, а мир не отгораживался от него.

Сериал «Мульти-Сити» мы создаем в технике 2D, он рассчитан на самых маленьких зрителей, с ним я хочу побить рекорды «Свинки Пеппы» («Peppa Pig», один из самых популярных в мире анимационных проектов — прим ред.).

 Если для каждого проекта есть инвестор, зачем вам самому финансировать? Вы не раз говорили, что почти весь доход от продажи ваших романов направляете на детские проекты.

Инвестор не приходит на голое поле. Чтобы показать потенцию бизнеса, надо самостоятельно разработать линейку проекта.

Например, для того, чтобы выйти к инвестору, нужно было сделать хотя бы пять книг «Дракоша Тоша», и это обошлось мне в примерно в 2 млн. рублей. Таких проектов, в которые я вкладываю свои деньги прямо сейчас, семнадцать. Есть очень дорогие, для которых ищательно визуализируются персонажи, делаются игрушки, снимаются анимационные серии, издаются каталоги.  Например, в грандиозный проект «Стражи» я вложил 30 млн. рублей, но есть и более бюджетные, такие как. Там есть литературная основа и отрисованные образы персонажей, они стоят 1,5 млн. рублей каждый.

На каком этапе вы, как правило, продаете свою долю в компаниях?

Я опробовал несколько моделей. Например, в компании ООО «Джинглики» вложился поровну с инвестором. (По данным Forbes, Олег Рой и его друг Максим Темников, председатель совета директоров девелопера Mirax Group, вложили в 2012 году в компанию по 5 млн. рублей. В 2014 году в «Джингликов» инвестировала $1 млн компания Open Alliance Media, зарегистрированная на Кипре. В результате сделки стороны оформили ООО «Опен Альянс Медиа», 25% в которой получил Рой. В октябре 2020 года Рой продал остававшуюся у него к тому моменту 15% долю в ООО «Опен Альянс медиа» и вышел из бизнеса — прим ред).

Потом я решил, что мне хватит должности продюсера, зарплаты и доли в размере 30%, но я всегда готов ее размыть или продать по просьбе инвестора.

Вот недавно продал свою долю в «ToyRoy Media», которую зарегистрировал в 2017 году под «Дракошу Тошу», продал и все права на шестьдесят с лишним лет (время действия авторского права), за исключением прав на книги, которые оставил себе.

Открывая эту компанию, я сказал, что пройдет три-четыре года, и в России не будет малыша, который не знает Дракошу Тошу. Сейчас вы можете выйти на улицу и удостовериться, что я был прав.

 Насколько быстро инвесторы окупают свои вложения?

Есть несколько стратегий. Можно быстро придумать и упаковать идею и перепродать. У меня было несколько инвесторов, кто именно так и делал. Мне так кажется, так хотел поступить и инвестор «ToyRoy Media», строительная компания «Формула» Алексея Болоболкина, с проектом «Дракоша Тоша». Вложили порядка $5 млн., а в конце прошлого года я лично присутствовал на совещании, где продукт предлагали выкупить за $10 млн. Я тогда решил, что зря не продали, но теперь уверен, что через пять лет продадут значительно дороже. Сейчас я работаю с компанией, которая не сама инвестирует, а использует фонд, который включает наш проект в свой инвестиционный портфель. И этот подход тоже работает.

Каждый инвестор сам решает, что для него важнее: заработать быстро, но немного, или идти вдолгую и покорять мир. Анимация — интересный и капиталоемкий бизнес, и его коммерческий потенциал огромен. Я сам окончательно понял это месяц назад и резко поменял свою бизнес-стратегию.

 Поясните, пожалуйста.

У меня всегда был такой подход: создаю и вкладываю немного сам, презентую инвестору, получаю финансирование, делаю первый сезон и продаю инвестору свою долю в компании и все остальные права, кроме литературных. Обычно через год инвестор уже хочет выйти на сделку.

Но сейчас мне интересно, что же будет дальше, что случится через пять-десять лет, когда можно будет получать прибыль с лицензионных товаров бренда, игр, игрушек и пр. При игре вдолгую коэффициент прибыли другой.  Если в первом случае речь идет о миллионах рублей, то во втором — о миллионах долларов.

Поэтому ни «Супер МЯУ», ни «Волшебную лавку Есении», ни «Мульти-Сити» ни «Спейсиков» я не хочу продавать на начальном этапе.

 Сложно было пробиться на Netflix, Disney?

Нет. Этим занимались профессионалы, у которых такие сделки в портфеле уже есть. Для продвижения «Джингликов» мы специально взяли на работу группу специалистов, а с «Дракошей Тошей» помогло лицензионное агентство в составе «Рики Групп».

 И последний вопрос. Есть какие-то лайфхаки, как начинающим писателям грамотного выстроить отношения с издательствами?

В первую очередь, обязательно иметь в дополнение к своей книге отличный синопсис — ёмкий, информативный, интригующий, бьющий сразу и наповал. Надо понимать, что редактор получает в день от двухсот до тысячи текстов, и у него просто нет времени, чтобы тщательно изучать всё, что прислали. Удачный синопсис и хорошо отшлифованная первая глава дают шанс. По крайней мере, шанс, что ваша рукопись сразу не отправится в мусорную корзину, как бывает с 90% присланных в издательство текстов.

Второй момент, который нужно помнить: издательство — это бизнес, а не благотворительный фонд помощи начинающим талантам. Издателю неинтересен автор, у которого всего одна книга, если уж вкладывать  деньги, то в постоянного поставщика продукции. Поэтому важно показать свой потенциал: смотрите, я работаю в жанре фэнтези, у меня есть интересный, оригинальный и хорошо проработанный мир, яркий харизматичный и запоминающийся герой, какой-нибудь Гарри Жмоттер или Херлок Шолмс, и я могу писать о нем до бесконечности, а также у меня  полностью готовы сюжеты (а ещё лучше — тексты) сиквела и триквела, а то и целой саги. Такое предложение может стать действительно интересно для бизнеса.

Если есть знакомые в издательском мире или среди издаваемых авторов, лучше воспользоваться их помощью. Если нет, тоже беда невелика — рассылайте предложения в издательства, звоните, общайтесь, просите о встрече с редактором.

Одна из самых больших ошибок начинающего писателя — согласие на любые условия. Некоторые авторы ради того, чтобы их издали, готовы на всё, даже отдать свои тексты бесплатно. Они утешают себя тем, что это только на первый раз, а вот уже дальше… Но им не приходит в голову, что никакого «дальше» может и не быть. Чем выше сумма авторского гонорара, тем сильнее мотивация издателя вернуть эти деньги назад и ещё заработать. Значит, такую книгу будут продвигать. В рукопись, доставшуюся даром, вкладываться никто не будет. Её могут и вовсе не выпустить, а автор лишится возможности издать свою вещь где-то ещё, так как отдал все права.

Кстати о правах. Ни в коем случае нельзя сразу отдавать издателю эксклюзивные права на всё скопом. Необходимо оставить себе хотя бы права на образы, на экранизацию, на продолжения и приквелы, чтобы, когда книга взлетит, не оказалось, что вам принадлежит только идея, а издательство уже без вашего участия запустило бренд, и продолжения уже пишут другие авторы.

Вообще юридический момент, вопрос договора, всегда очень значимы. Прежде чем что-то подписывать, обязательно запросите у издательства стандартный договор, покажите его своему юристу, проконсультируйтесь насчёт необходимых изменений. Иногда бывают важны даже мелочи, вплоть до того, под каким названием издадут вашу книгу, будете ли вы принимать участие в создании обложки, и даже как будет написано на ней ваше имя.

Даже если издательство само занимается продвижением вышедшей книги, для автора это всё равно не повод расслабляться. Писатель и сам должен использовать все ресурсы современности — социальные сети, рекламу, коллаборации с кем-то. Главное не лениться и мыслить стратегически. Иногда это касается даже непрофильных проектов. Например, скоро в «Крокусе» откроется лицензионная выставка, и я принимаю в ней участие. Казалось бы, где лицензионная выставка, — и где художественная литература и анимационное кино. Но, тем не менее, герой книги или мультфильма вполне может стать лицензионным персонажем для йогуртов или воды.

Ну и последнее: никогда не надо останавливаться на достигнутом. Каким бы значительным ни был твой успех, всегда нужно постоянно расти и двигаться вперёд.

Источник: Republic